Стажироваться или волонтерить во Франции — это реально!

21 ноября1660

Таня Щербакова — «профессиональный» волонтёр и основательница популярного telegram-канала Brain Drain (в переводе — «утечка мозгов»), в котором она регулярно публикует свежие заграничные вакансии, стажировки и приглашения волонтёров. Поговорили с ней о волонтёрстве и о том, как оно может изменить жизнь. Таня поделилась советами и рекомендациями для тех, кто пока только задумывается об участии в своём первом волонтёрском проекте.

— Расскажи, пожалуйста, как волонтёрство пришло в твою жизнь и, соответственно, как тебе пришла идея сделать Brain Drain?

— Это два разных вопроса на самом деле. На четвёртом курсе журфака МГУ я устроилась на стажировку в РИА Новости, после которой меня приняли в штат. Я решила, что буду «работать там всю жизнь», но где-то через год пришел указ президента о том, что это агентство ликвидируют. Сейчас мы знаем, что это новостное агентство не закрыли, а просто реорганизовали, но тогда был полнейший хаос и все кинулись искать работу, а я подумала: «Вот он знак!». Дело в том, что я давно хотела поехать «поволонтёрить» в Испанию, в которой уже училась до этого по обмену.

Конечно, этот внешний фактор послужил «волшебным пинком», но мне всегда нравилось помогать людям. Например, когда я работала в РИА Новости, то по выходным помогала пациентам в одной из психиатрических клиник Москвы. Мы вместе с ними занимались журналистикой — выпускали радиопередачу. Радио называлось «Зазеркалье», оно и сейчас существует — https://zazeradio.com/.

Когда произошла история с реструктуризацией агентства, я и моя подруга Аня Аскарян, с которой мы вместе ведем Brain Drain, уже что-то слышали про программу Европейского корпуса солидарности — она сейчас так называется, а раньше называлась Европейская волонтёрская служба. Слышали, но не очень понимали, что это такое. Стали искать информацию. Если честно, то когда первый раз мы услышали о программе, то просто не поверили в ее реальность — такого не бывает, чтобы за участие россиянам оплачивали и визу, и дорогу, и жилье, и стипендию. Но решили попробовать и стали с Аней подавать заявки на разные волонтёрские программы.

Так получилось, что Аню практически сразу взяли на проект. Она подала документы в феврале, а в марте ее уже приняли, с сентября она поехала на год в Виго — это северо-западный регион Испании. Она там вела межкультурную «продленку» в школе, где было много детей мигрантов. Помогала им доделывать домашние задания, еще вела соцсети, консультировала испанскую молодежь по карьерным вопросам.

Я тоже подавала документы в феврале и меня взяли в проект на Сицилию, где я должна была заниматься продвижением в сети небольшого городка Трапани (недалеко от Палермо). Дело в том, что я написала в своем резюме и мотивационном письме, что знаю языки. На самом деле, на тот момент я говорила только на английском и испанском, но написала, что выучу итальянский и смогу писать статьи про этот город и продвигать его в статьях. Мне казалось это очень интересным. Во-первых, это связано с журналистикой, во-вторых, так романтично — можно, например, пойти поговорить с рыбаками, взять у них интервью и потом написать об этом пост.

Но тогда я ещё не знала, что когда тебя берут в проект, это ещё не 100%-я гарантия твоего участия. Меня взяли в проект, и я сразу уволилась со своего места работы. На самом деле так делать не стоит — нужно дождаться пока проект будет утвержден Евросоюзом в Брюсселе. Этот момент я тогда упустила. Сейчас, конечно, обо всех подобных «подводных камнях» рассказываю в своем блоге. В том числе и об этой ситуации, как мой проект одобрили, я уволилась с работы, уехала в путешествие, а внезапно в августе мне сказали, что «нет, не одобрили — проекта не будет», в итоге я потеряла работу и время.

Я снова стала искать возможность уехать и меня взяли в другой проект в Мадриде. Но там тоже было все не слава богу. Так получилось, что для подачи заявки на участие мне нужна была отправляющая организация в России.

Я подавала документы через центр-заповедник «Бурундук», а раз в 5 лет организация должна обновлять свою лицензию. Так случилось, что у этой организации был интервал в 3 дня между обновлением лицензии и, конечно, именно в это время проект взяли в руки брюссельские чиновники и сказали: «а у этой отправляющей организации нет лицензии», и мое участие не было одобрено. Хорошо еще, что моя организация в Мадриде согласилась снова ждать и подавать мои документы в следующий поток, потому что для этой программы было 3 потока — октябрь–февраль–май.

Вот так мы с Аней и участвовали в этой программе. Год «волонтёрили» в Испании, потом я улетела на стажировку в Бангкок, а на Новый год мы с подругой встретились дома в Краснодаре. И Аня предложила: «Слушай, мы столько всего знаем. Вспомни нас 5 лет назад, когда мы вообще ничего не понимали, ничему не верили, никаких не было источников информации — давай об этом сделаем блог». То есть на самом деле, инициатором была Аня. Это была ее идея.

— Как давно это было?

— Два года назад. В январе 2018 года. Придумали название и сразу стали «постить» по две вакансии в день. Это было 4 января. Потом пошло — люди стали нас читать, появились первые приятные отзывы: «Вы изменили нашу жизнь, мы поехали туда-то!».

— Хочется, чтобы наше интервью помогло разобраться в волонтёрской теме всем желающим. Давай сначала пройдемся по характеристикам «идеального будущего волонтёра». Какой оптимальный возраст? Наверное, с 20 до 30 лет?

— Если мы говорим о программе Европейского корпуса солидарности, то у них жесткие возрастные рамки. Причина в том, что это деньги, которые выделяются ЕС на продвижение твоей аbility (“способности”) — смысл в том, что они хотят помочь найти молодежи первую работу. В Европе понятие «молодежь» довольно-таки расплывчатое, то есть у них молодежь и в 30, и в 35. Поэтому у программы жесткое возрастное ограничение — строго до 30 лет, если тебе 31, то никак тебя не могут взять. Но это только одна программа. Я на своей странице в инстаграме и в телеграме рассказываю и про другие волонтёрские программы, в которых нет возрастных ограничений. В том числе волонтёрские лагеря, долгосрочное волонтёрство или волонтёрство в ООН.

Еще, наверное, нужен как минимум хороший английский, а еще лучше хороший английский плюс еще какой-то язык. Правильно?

— Опять-таки, это зависит от программы. Если мы говорим о волонтёрстве в целом, то можно поехать и с очень слабым английским. Например, для волонтёрских лагерей язык в принципе не требуется  — его никак не проверяют. Если вы понимаете, что как-то доберетесь до лагеря, сможете там общаться, то поезжайте. Я знаю очень многих людей, которые специально едут за границу, чтобы «разговориться». Волонтёрский лагерь не требует ничего этого. Аналогично, если вы хотите поехать помощником по Work away. Там тоже можно договориться. Конечно, нужно понимать, что если вы не знаете английский, то вряд ли вы будете издавать журналы на английском. Скорее всего это будет физическая работа, например, помощь в сельском хозяйстве.

Есть разные проекты, если вы не знаете язык и все равно хотите поехать волонтёром, то я бы посоветовала начать его учить и довести до среднего уровня.

Международный волонтерский центр «Бурундук» — одна из главных программ Эколого-просветительского центра «Заповедники». С 2002 года более 1200 волонтеров приняли участие в добровольческих лагерях по всему миру. Сотрудничают с международными и российскими волонтерскими организациями.

Если говорить о программе Европейской волонтёрской службы (Европейском корпусе солидарности), там большинство проектов не требует знания языка. То есть среднего уровня достаточного — если вы можете пройти собеседование на английском, все прекрасно. Даже если будете время от времени заглядывать в Google Translate.

Есть некоторые проекты, организаторы которых прямо пишут о требованиях к уровню владения языком. Например, мой проект был такой: «Испанский выше среднего уровня». Потому что им нужно, чтобы человек отвечал на телефонные звонки, чтобы помогал с продвижением в соцсетях, писал тексты, рассказывал на форуме о волонтёрстве испанцам на испанском.

Кстати, я и сама отбирала волонтёров на этот проект, когда работала там, и очень многие нам писали «Я не знаю испанский, но я его точно выучу, обещаю. Уже сейчас начала учить». Мы не можем взять таких людей, если в требованиях написано, что кандидат должен говорить по-испански «выше среднего», значит, это важно. Но в основном высокого уровня знания языка не требуют, то есть какой-никакой английский сойдет.

— Ты упоминала волонтёрские лагеря. Я уже некоторое время слежу за твоим блогом, но что такое волонтёрский лагерь так и не поняла. Можешь подробнее рассказать о таком формате?

 «Сфера» — волонтерское движение, с 2007 года занимаемся организацией и координацией международных волонтерских программ.

— Волонтёрский лагерь — это лагерь, в который может поехать любой человек, из любой страны, любого возраста. Там написано — «до 99 лет», но, я думаю, и больше ста лет возьмут, если появятся желающие. Это такие лагеря, пребывание в которых длится обычно 2–3 недели, реже 1 или 4 недели.

Больше всего лагерей в Европе летом, обычно это какой-то социально значимый проект, который решает определённую задачу. Приезжает группа волонтёров — по правилам не должно быть больше двух волонтёров из одной страны, иначе это противоречит цели межкультурного общения. Обычно это человек 10, но по-разному бывает — и 5, и 20. Чтобы попасть в волонтёрский лагерь, нужно выбрать один из базы. Она публикуется во всех отправляющих организациях России. Вот некоторые из них: «Сфера», «Бурундук», «World4u», «Содружество», «АЯ волонтёр» — их на самом деле гораздо больше, а эти просто первыми пришли в голову. В базе можно искать проект, например, по дате. Еслиу меня отпуск в июле, то  я и ищу проекты только с 1 по 30 июля. Можно искать проект по стране — например, я ищу проект с 1 по 30 июля во Франции. Возможен поиск по типу проекта — есть “manual work” — ручной труд, “art” — что-то связанное с искусством, “festival” — работа на фестивалях, “cultural”, “environmental” и другие. То есть суть проектов всегда разная.

«World4U» — организатор международных волонтёрских проектов в России вместе с локальными организациями.

Чтобы попасть в проект нужно обязательно оплатить организационный взнос отправляющей компании в России — это обычно 4–6 тысяч рублей в зависимости от организации. Волонтёр получает жилье, следует внимательно смотреть, что под ним подразумевается, — в проекте все подробно написано, иногда это может быть палатка. Если вы не готовы жить в палатке — не поддавайтесь соблазну, ищите другой проект. Иногда предлагают жильё в отеле — отлично, а иногда «на матрасах в спортзале школы». Жилье и питание всегда предоставляется, волонтёр оплачивает билет и визу, если нужна.

Иногда виза для волонтёра бесплатная, например, в Германию. Я так ездила в три лагеря. Была в Испании — мы реконструировали старинную мельницу в деревне. Я писала, что главное в этом проекте  не мельница, а то, что в этой деревне, где живет 80 человек и всего три улицы, осталось в основном престарелое население, и они были просто очень счастливы пообщаться с молодыми иностранцами, которые с ними играли, разговаривали, заходили в их бары — было действительно видно, как деревенских жителей радует этот проект.

Потом я ездила в Бельгию, в центр для беженцев Красного Креста. Мы просто развлекали детей беженцев и еще нам нужно было организовать какое-то мероприятие, чтобы местное сообщество как-то коммуницировало с беженцами, которые там живут. Мы организовали концерт, на котором были музыканты: и местные, и беженцы.

Третий лагерь был в Италии — хиппи-деревушка. Мы продвигали ее в сети и помогали ее «облагородить». Там было очень классно, нам там устраивали и мастер-класс по пицце, и на озеро возили. В основном культурная программа очень интересная и насыщенная в таких лагерях.

«Содружество» — волонтерская организация, основанная в 2003 году в столице Чувашской республики — Чебоксары.

— Таня, ты говорила, что перед тем, как в твою жизнь пришло международное волонтёрство, ты так или иначе уже была волонтёром в России. Как тебе кажется, стоит людям, которые только задумываются о такой деятельности, сначала попробовать что-то в России, так сказать «без отрыва от дома», чтобы понять, волонтёр ты в душе или нет, способен ли ты помогать людям или нет?

— Объективно почти во всех проектах, вакансиях не требуется какой-то опыт. Я всегда говорю тем, кто пишет в мотивационных письма «у меня нет волонтёрского опыта»: «А Вы уверены? Вы участвовали в субботниках, ветеранов поздравляли, участвовали ли вы в Дне донора на вашем факультете?» Это все можно использовать в мотивационном письме и это очень помогает. Конечно же, неплохо какой-то локальный опыт получить.

На самом деле чаще всего у человека есть какая-то внутренняя потребность помогать. У меня она была, поэтому я не могла ждать, пока эмигрирую, перееду. Я была в России и жила в общежитии МГУ, которое находится прямо рядом с больницей Кащенко. Мы просто гуляли в парке и увидели, что у них есть стенгазеты. Мы подумали: «У них есть стенгазеты, то есть они занимаются журналистикой». Вот я и решила, что надо пойти и объяснить про журналистику больше, я же журналист. Думала, как же туда попасть, — там же все закрыто, наверное, потом просто взяла и написала им на обычную почту письмо о том, что хочу вести кружок журналистики. Они сказали: «Приходите». Оказалось, что невозможное вполне возможно.

Еще я всегда говорю, что если вы хотите включиться в проект, который связан с работой с инвалидами, с пожилыми, то это прекрасно. Но если до этого вы помощью таким людям никогда не занимались, то очень советую на неделю или даже на выходные съездить в дом престарелых. Конечно, надо понимать, что дом престарелых в Испании и в России — это разные вещи. Но, например, я после работы в психиатрической клинике для себя отмела все проекты, связанные с работой с инвалидами по психиатрической линии, потому что для меня это слишком сложно. Я хотела приобрести опыт, более связанный с моей профессией. Но обычно, если у человека есть потребность помогать, то хоть что-то он делает в этом направлении. Вы можете начать прямо на этих на выходных — взять и съездить в детский дом, только не дарить подарки, ради бога, а устроить какое-то мероприятие. Можно стать экологическим активистом.

— Правильно ли я поняла, что для первой стажировки лучше выбрать не самую «конкурентную» страну. Очевидно, что Франция, Германия, Англия и Штаты — самые популярные страны среди волонтёров, туда очень многие хотят поехать. Например, если подать заявление на участие в проекте в Буркина-Фасо, то больше шансов и меньше конкурс, и тебя туда возьмут. То есть для начала нужно выбирать не страну своей мечты, а страну, где действительно нужна твоя помощь, уже потом, на следующую стажировку, пытаться попасть в ту же Францию, или это не обязательно?

— Конечно, есть смысл в том, что ты говоришь, но если человек хочет поехать по программе Европейского корпуса солидарности во Францию, то пускай подает документы на участие в проектах этой страны. Просто если он вообще не говорит по-французски, то я бы советовала начать его учить, хотя бы написать, что у вас есть beginner skills, — это уже прекрасно.

Человек, который будет смотреть ваше резюме, решит, что у кандидата уже есть интерес — он уже учит язык, значит он продвинется еще дальше. Я знаю людей, которых брали и без него. Надо понимать, что Франция — очень популярная страна, и если вообще никакого опыта нет, а проект никак не связан с вашим образованием, то попасть в него сложнее. Естественно, если вы подаете документы на участие в экологическом проекте и вы — эколог, то возьмут скорее всего вас. Хотя главное в волонтёрстве — мотивация.

Если вы вообще не говорите по-французски и по-английски, то, конечно, поехать в какую-нибудь страну, где конкуренция гораздо меньше, типа Хорватии, — неплохая идея.

Волонтерский центр «АЯ» был основан в Москве в 2012 году. Центр занимается развитием идеи добровольчества через участие в социальных и экологических проектах.

Вообще, если говорить о стажировке во Франции, в большинстве случаев требуется французский язык.  То есть, если хотите поехать во Францию, — учите французский, такой банальный совет.

— На что ты посоветуешь обратить внимание при выборе проекта?

— На мой взгляд, нужно обязательно, когда тебя берут в проект, спросить контакты волонтёров, которые были до тебя. Если проект новый, то риск выше. Непонятно, что это будет за организация и как они все будут организовывать. Если вам не дают контакты бывших волонтёров — это повод задуматься. Возможно, ничего хорошего они вам не скажут. Это очень важно.

Недовольные волонтёры встречаются достаточно часто, но это не всегда зависит от организации. Очень важно все спросить, просто есть такие люди, которые говорят: «Ой, классно, я хочу поехать во Францию. Дают стипендию, все оплачивают. Я еду, какая разница, куда. О, меня взяли на первый попавшийся проект — отлично». Они не думают, смогут ли они реально работать год в приюте для собак. Как-то забывают, что этих самых собак надо лечить, кормить, убирать за ними…

Ещё очень важно уточнить все детали: где вы будете жить, когда вам будут давать деньги, как вам будут выдавать деньги, что вы конкретно будете делать. Можно попросить описать конкретно один рабочий день. В общем, нужно спрашивать, потому что не только вас выбирают, но и вы выбираете.

— А есть какое-то представление о среднем волонтёрском рабочем дне — это 8 часов или обычно меньше?

— Обычно это 6 часов, но может зависеть и от организации. Большинство проектов пишут про 6 рабочих часов, но в итоге  у них не набирается столько работы, если вы сами себе ее не придумаете. В Корпусе солидарности смысл заключался в том, чтобы вы сами могли придумать интересный проект, — это даже написано в контракте. Я этот проект не реализовала, ничего не придумывала просто потому, что у меня была работа и на 6, и на 10 часов при желании. Я отрабатывала свои 6 часов и уходила, но работы было сколько хочешь, потому что нас было очень мало человек.

В каждом проекте два раза в год нас отправляют на тренинг, где все волонтёры страны собираются вместе и делятся своими проблемами. В большинстве случаев основная жалоба такая: «Я набираю работы на 2–3 часа, а что потом делать?» Либо работай 2–3 часа и отдыхай — что прекрасно, либо, если тебе хочется что-то делать, придумывай проекты — реализуй свои амбиции.

— Можно сказать, что «побочный эффект» от участия в международных волонтёрских программах — это улучшение навыков поиска работы, то есть, если мы говорим о Европейском корпусе солидарности, это может быть началом карьеры человека. Правильно?

— Конечно. Нельзя просто писать, что вы были волонтёром. У вас все равно была какая-то роль, которую можно в резюме правильно оформить. У вас будет международный опыт, скорее всего в некоммерческом секторе. Особенно это идеально для людей, которые хотят построить карьеру в этом направлении.

Узнать больше о стажировках и волонтёрстве зарубежом можно в инстаграм-аккаунте нашей героини: @tatiana_dreambig.

Программа ESC(European Solidarity Corps) поддерживает участие молодых волонтеров в различного рода некоммерческой деятельности, направленной на общественное благо в странах, не являющихся странами проживания волонтеров.
Успешный диалог
Все просто

Войдите или создайте профиль