С приходом советской власти отношения между Францией и Россией стали уже не такими тёплыми, как в начале XX века. Однако, несмотря на «железном занавес» культурное сотрудничество между нашими странами никогда не прекращалось.
Роман Чеслевич. Афиша выставки «Париж—Москва. 1900—1930» (1979) © Архив Центра Помпиду
В 1979 году в Париж на выставку привезли картины русских художников-авангардистов, которые и в России-то почти никто не видел. Это были работы Родченко, Кандинского и Малевича, давно пылившиеся в запасниках музеев из-за идеологического запрета. А ещё специально для выставки воссоздали проект «Памятника III Коммунистическому Интернационалу» Владимира Татлина и «Трибуну» Эля Лисицкого.
Выставка «Париж — Москва» в 1979 г. Фото: Archives MNAM / Jacques Faujour
На выставке «Москва — Париж» кураторы хотели воссоздать большую часть выставки в Центре Помпиду в 1979 году. Однако под давлением Министерства культуры СССР концепцию пришлось изменить.
Французские СМИ ругали выставку «Москва — Париж» за переизбыток соцреализма в подборке экспонатов и за то, что там обошли стороной страшные события 1920–1930-х годов. Но советские люди радовались и тому немногому, что всё-таки показали на выставке. Это сейчас Кандинским, Шагалом и Малевичем никого не удивишь, а в советское время даже альбомы по искусству с картинами этих художников было сложно найти. Их передавали из рук в руки как драгоценность!
Жители СССР увидели на выставке намного больше, чем просто взаимосвязь русского и французского искусства начала XX века. Выставка напомнила им о времени, когда Россия не была изолирована от всего мира. И о том, что когда-то в Париже только и говорили, что о Дягилевских сезонах, а работы Малевича, Ларионова и Гончаровой во Франции можно было увидеть чуть ли не чаще, чем в России!
«Танец», Анри Матисс (1910)
Главный экспонат — картина «Танец» Анри Матисса — самим своим существованием доказывала: «Границы должны быть открыты! Хотя бы в мире искусства!» Ведь Матисс написал «Танец» не просто так, а по заказу своего друга — российского коллекционера Сергея Щукина. Если бы не его желание украсить свой особняк, не было бы и картины, которую искусствоведы называют воплощением ритма и экспрессии ХХ века.
Сохранились каталоги той выставки, теперь их можно увидеть в библиотеке GARAGE